все ради общего блага.

кажется, не эти мысли должны вести девятнадцатилетнего студента по жизни.
у Ноэля нет выбора [выхода] - его мир построен за него.

во внутреннем дворе солнце играет зайчиками в светлых волосах. и этот тест он сдал. уже не совсем своими силами, но никто ведь и не говорил, что пользоваться помощью - плохо. неважно чьей. чужими руками можно свернуть горы, а флаг водрузить со своим именем. Ноэль не такой. он мыслит другими формами. использовать людей для личных целей - плохо. использовать людей ради общего блага - единственный возможный вариант. солнце лениво заползает по шее и кошкой тянется к скулам.

впереди еще несколько тестов. на этом будет поставлена точка в семестре, а дальше поездка к старшим родственникам. и два дня с Дафной в доме ее родителей за городом. значит, снова будут теннис, долгие прогулки и степенные разговоры. теннис из этого - единственное, что Ноэль действительно любит.

на корте не существует проблем.
никаких.
цель - мячик.

на корте у Ноэля нет мыслей об обществе, великой миссии и идее. там есть только оппонент или стена. там есть только выдох между ударами. там есть только ноющие приятной болью суставы. даже победа не первостепенна. порой игра стоит игры. как в шахматах - ты благодаришь оппонента, даже если проиграл. «это было интересно, спасибо.» Ноэль любит самое ощущение. будто в моменте он может стать вдруг свободным.

Дафна.
к счастью, она учится в другом институте. к счастью - потому, что Ноэль не питает никаких нежных чувств. да и не должен. брак - это не про любовь. брак - это выгодная сделка и тщательно просчитанная модель селекции. он понимает причины, по которым мистер Диксон выбрал ему в избранницы именно Дафну. это, впрочем, не заставляет Ноэля хотеть проводить с девушкой больше времени. до свадьбы есть еще полтора года.

вся жизнь как на линейке.
отмерены отрезки, отмечены линиями.
сейчас первый курс [он станет успешным финансистом].
потом, на третьем, брак и стажировка в мэрии.
к концу обучения Ноэль должен стать отцом.
еще через год - завершить стажировку.
дальше - дом за городом.
дальше - второй ребенок.
дальше - место в партии.
дальше - балатироваться.
дальше....

иногда кажется, что дальше - петля или эшафот.

Ноэль - послушный солдатик на игровой доске мистера Диксона.
но глупо ожидать, что в девятнадцать он не мыслит ни о чем больше.

хочется свободы. хочется все бросить и уехать на озеро с однокурсниками. хочется пойти в кино вместо заунывной службы в субботу. хочется хотя бы влюбиться. все это - глупые мысли. роятся в голове, стучат воображаемыми крыльями о стенке черепной, щекочут. ничего серьезного в них нет. Ноэль все равно подчинится отцу.

кедами в пыль. над головой стягивается свинец - будет дождь.
воздух разряжен озоном, приятный сладковатый запах стелется в ноздри. откуда-то веет чужим табаком, Ноэль морщит нос. у них не курят, не пьют, не употребляют веществ. но у Ноэля и интереса нет. он задирает голову к небу и оно смотрит в его голубые глаза.

даже имени ведь его не знает. а помнит еще со школы.
не потому что особенный или что-то типа того. просто запоминаешь тех, с кем проводишь с десяток лет бок о бок. никогда не дружили, ведь у Ноэля особенные друзья. все те сыновья всех тех мужчин, работающих на отца. Джеральд, Томас и Михаэль. а этот - другой. с такими Диксоны дружбы не водят. но для Ноэля он просто сокурсник. обычный парень. сложно объяснить себе, что в этом парне не так, они ведь на равных учатся в университете, как до этого учились на равных и в школе. зачем-то смотрит ему в спину.
зачем-то шагает следом.

то что есть сейчас у Ноэля - это еще свобода.
он еще может общаться с кем-то вне круга. может заниматься какой-то ерундой хотя бы в те недолгие часы, когда не занят чем-то одобряемым. например, может идти куда-то вслед за парнем, о котором ни черта не знает. зачем? он понятия не имеет. до тренировки еще два с половиной часа. скажем, это просто прогулка. бесцельная. просто чтобы расслабится после долгого сидения за столом.

- эй! - разрезает молчание улицы, увидев что-то юркнувшее из рюкзака в траву. - эй, погоди! - легко подбежав, выуживает из зелени тетрадь. сжимает пальцами, снимается с места, чтобы догнать. мельком взгляд на тетрадь - «С. Нэш». хмурится на мгновение. но улыбается, отдавая в руки,
- ты обронил. - задевает чужие пальцы кожей. смотрит в глаза.

интересно...
а что в его голове?
а какая его свобода?
к чему он стремится?
за что отдаст жизнь?

отец говорит, у недостойных нет цели. они разводят грязь в своих гетто и угрожают безопасности дочерей нации. Ноэль смотрит на него и не может взять в толк - в чем опасность? он не подвергает слова отца сомнениям. он не подвергает сомнениям деяния лиги. просто иногда... хочется понять больше. а получается только стоять столбом, нелепо ссутулив плечи. улыбаться, глядя в глаза едва знакомому парню. сжимать пальцами край тетради, забыв отпустить.

получается только забыть все свои вопросы и вдруг захотеть оказаться в чужой голове.

Ноэль весь какой-то немного нелепый.
будто слишком длинный для этого тела. слишком угловатый, костлявый. мать вечно охает, пытается накормить. Ноэль занимается спортом. а все равно стоит, как-то скособочась. как потертая тумба в прихожей. плечи эти широкие для тела. рост несуразный. большинство его друзей уже вымахали, раскачались и отращивают бороды. Ноэль застрял в переходном и все еще будто сомневается - а стоит ли взрослеть окончательно?

ну вот там, во взрослом мире... в лиге... что там?
ограничения, запреты, насаждения.
ради общего блага, разумеется. но у Ноэля внутри есть отголоски подросткового бунта.
а что ради меня?
а кто ради меня?

нет вереницы влюблённых девчонок. наверное? откуда Ноэлю знать, он вечно либо в учебе, либо в своих тренировках. но кажется, будто за такими не бегают стайками, глупо хихикая. есть три друга, семья и лига. в такой замкнутой системе лига кажется даже спасением. ты словно принадлежишь чему-то большему. ты не такая букашка, когда входишь в состав огромной организации. когда делаешь что-то ради общей цели. своих целей у Ноэля нет.
не может быть.

и сейчас ему стоит выпрямиться, дежурно улыбнуться. попрощаться.
потому что этот Сойер - он не из его круга. он принадлежит к тем, с кем Ноэлю дел иметь не стоит. крошечный отрезок личной свободы, что отмерен до свадьбы, тем не менее не должен идти наперекор принципам и целям. лиги, конечно. у Ноэля все то же, что и у всех них. все те же постулаты в голове. и он выпрямляется. отвечает,
- да, часа полтора как раз есть. до тренировки. - и сам удивляется вольности. но... а что он теряет? и ведь даже обосновать может. друга держи близко, а врага - еще ближе. если узнать этого Сойера поближе, то наверняка Ноэль поймет всю глубину убеждений лиги. и сможет именно так объяснить все отцу.

шаркает кедами в пыли. сумка болтается на плече. бьет под колено.
Ноэль не спешит. лениво и праздно продвигается шаг за шагом, как солнце в листве по обе стороны от дороги.
о чем им говорить? они даже и не знакомы очно. Ноэль знает, что они учились в одном классе школы, что сейчас учатся в одной группе университета. но еще Ноэль знает, что их жизни слишком разные. возможно, этого не знает Сойер. даже как-то не честно. но вести разговоры о чистоте нации будет самой тупой идеей. поэтому цепляется за поверхностное,
- спасибо. - поправляется, - ну, за тест. - пожимает плечами, шмыгает носом. носком подкидывает в воздух мелкий камушек и следит за траекторией полета. привычка из тенниса. - я обычно нормально готовлюсь. но были соревнования... - зачем оправдывается? объясняет все так, словно в этом есть смысл.

Ноэль хорошо учится. правда, готовится ко всем тестам. правда, вникает во все, что дают педагоги. и правда, в этот раз вышло так, что тренировки и соревнования отняли слишком много времени. но с плохой оценкой домой Ноэлю лучше не являться. отец строг во всем и успеваемость сына - это обязанность. не пожелание, не просьба и не совет. Ноэль должен учиться хорошо. потому что лиге не нужны идиоты и бездари. лиге не нужны халявщики. лига борется с этим вокруг, а потому Ноэль должен стать достойным наследником семьи Диксон.

мимо проезжает убер, поднимая облако пыли.
вдруг хочется так много всего спросить. о семье. о детстве. о девушке. об учебе. да о чем угодно, в сущности. если хочешь понять человека, надо его узнать. если хочешь понять нацию, надо узнать хотя бы одного человека. но все вопросы даже в голове звучат неуместно. можно же о чем-то простом и понятном. он вот потом пойдет на тренировку, а Сойер?
- а что дальше? - снова озвучивает только итог внутреннего монолога и выдает пояснения по контексту, - ну, через полтора часа? ты сказал, что у тебя есть примерно столько. - опять пожимает плечами. вдруг вопрос личный и Сойер не хочет на него отвечать. может, это про семью. или вообще про что угодно. Сойер ведь не обязан говорить о себе. хотя он сам предложил пройтись. вряд ли предполагал, что они будут идти в гробовом молчании.

и ладно бы, что Ноэль несуразный и нелепый.
он еще и социально неловкий. его друзья - это те, с кем он буквально в одной песочнице кошачье говно откапывал. а дальше просто по накатанной. он не стремился заводить новых друзей - некогда было. да и ни к чему вроде. Ноэль не любит все эти знакомства. у Ноэля обычно на все есть план и он всегда занят. молча учится, молча ходит по коридорам, молча уходит после пар. в нем вообще много этой спокойной тишины, которая определенно не учит взаимодействию с людьми. и социальная неловкость заставляет смущаться. чувствовать себя немного глупо.

пытается как-то гармоничнее вписаться в реальность.
занимает руки - прокручивает кольцо брелка, на котором висит металлический зеленый мячик с белыми полосами. такая мелочь. его подарила бабушка на какое-то Рождество много лет назад. Ноэлю было лет восемь или девять. он давно вырос, а мячик остался. даже бабушки уже нет. только эта вещица на память. и она отвлекает. примиряет с сами собой. он вдруг улыбается, показывая мячик Сойеру,
- он со мной лет десять, представляешь? - и это звучит как действительно что-то важное.

работа.
Ноэль на мгновение даже удивляется ответу Сойеру. честно, искренне. у него самого не было никогда ни потребности, ни возможности работать. вся жизнь была расписана за него и в ней не оставалось места каким-то подработкам. да и зачем? возможно, Сойеру нравится его работа, как Ноэлю - теннис. или, может быть, Сойеру нужны деньги. такой вариант кажется понятным, но непонятным одновременно. многие ведь работают, в студенческой общине это норма. просто у Ноэля никогда не было необходимости. семья обеспечивает его всем важным и нужным. что если у Сойера все не так?

Ноэль живет в своем вакууме.
в этом его личном мире не существует таких проблем, как бедность. там нет необходимости работать, чтобы прокормить себя. там нет лишений и нужды. вокруг него такие же, как он сам. они живут в хороших домах, у них хорошие семьи и большие планы. у них блестящие перспективы и вершины, которые им покорятся. они не нуждаются в деньгах. они не нуждаются в работе. не сейчас. пока они должны быть заняты учебой, а после нее придет время работы. не официантами. этих золотых деток ждут места в дорогих кабинетах больших корпораций. их ждут должности и титулы, до которых многие пробираются с трудом, зубами выгрызая себе путь из камней. но Ноэль слушает и кажется, что его вакуум сдувается уставшим воздушным шариком. у людей вокруг все... иначе.

не пытается додумывать, просто искренне интересуется,
- а что ты там делаешь? ну, на работе? - он хочет понять. или услышать эмоции. Ноэль и сам не знает. для него этот диалог - как новая и пока совсем непонятная тема на лекции. он всегда общался с теми, кого знает слишком хорошо, чтобы задавать такие вопросы. а Сойер другой. и про него Ноэль не знает ничего. впрочем, как и Сойер про Ноэля. они принадлежат разным мирам и по логике вселенной эти миры не должны пересекаться. это две параллельные прямые. только сегодня у архитектора дрогнула рука, линия пошла вкривь и пересеклась с другой. две жизни, два мира, две разных вселенных.

мячик прячется в пальцах. ускользает в карман. Ноэль легко улыбается,
- ну, отец когда-то в детстве отдал на теннис. - пожимает плечами, - ну и на греблю. - выбор был сделан за него. как и во всем остальном. Ноэлю выбирали не только школу, но и университет. на кого он будет учиться, тоже решал отец. и теннис вместе с греблей - это тоже выбор отца. в лиге так повелось. большинство ее членов занимались или все еще занимаются теннисом, греблей или гольфом. это социально поощряемые виды спорта. и социально полезные. теннис, как и гольф - это не только соревнование, но еще и диалог. нетворкинг. укрепление связей. хотя будет ложью сказать, что Ноэль не любит теннис. он бы не бросил его сейчас, если бы представился такой случай. поэтому добавляет,
- но я люблю теннис. на корте ты... ну, ты - это не ты. ты - ракетка. у тебя нет задач, планов и целей. ты - в моменте. у тебя есть концентрация, мяч и удар. это будто всегда... отвлекает от остального. чушь, да? - смеется, сбивая градус серьезности.

смехом Ноэль часто прикрывает то, что для него самого слишком важно. это привычка быть удобным социуму. не всему, конечно. социум Диксона - это Лига. отшучивается ради того, чтобы не идти против системы, в которой живет. любить теннис - не зазорно. но рассуждать о теннисе, как о единственной возможности быть свободным - вот это лишнее. это не то, что стоит слышать и знать тем, с кем Ноэль будет строить новый мир. чистый мир, избавленный от болезней и грязи.

- а ты чем еще занимаешься? - бросает взгляд на Сойера, улыбаясь. ему кажется, что Сойер мог бы заниматься чем-то вроде рисования? или, может быть, программирования. что-то такое кажется логичным для его образа. что-то тихое, личное, индивидуальное. как будто спорт не совсем может подойти этому парню. может и сам Ноэль занимался бы чем-то другим, если бы в прошлом отец решил, что в том же рисовании есть социальная польза. но сложилось как сложилось. друзья Ноэля занимаются греблей, футболом, гольфом. к счастью, никто и них не пошел в теннис. к счастью - потому, что Ноэль не хочет выстраивать дружбу на корте. там он хочет быть только свободным. про связи он предпочитает подумать позже. и лучше бы оставить для этого греблю или какие-нибудь встречи. службы в церкви, светские рауты. не теннис. словно хочется защитить от возможных вторжений то единственное, в чем Ноль чувствует себя полноправно живым.

Ноэль не идиот, конечно. он знает, что делают в кафешках и ресторанах. там просто много разных людей и у них, вроде как, разные функции? Ноэль никогда не был по ту сторону, всегда являясь лишь посетителем. а теперь представляет, как можно болтать о ерунде [ну как сейчас?], потягивая содовую и обсуждать рабочий день ну того же Сойера. звучит не как забавное, а скорее как новое. у Ноэля в жизни отвлечений - жалкий минимум. и наверное он кажется Сойеру зажравшимся ребенком? хотя, ну может так и есть. главное, глубже не копать.

глубже не надо.
глубже нельзя.
глубже устои, принципы и мораль.
глубже все то, что Сойера не касается.
не должно касаться.

оказывается так легко говорить с кем-то ни о чем. будто так и должно быть в общении с друзьями или знакомыми. да не важно на самом деле. важно то, что у Ноэля вот такого обычного общения всегда слишком мало. его друзья такие же, как он сам. и они обычно обсуждают будущее, карьеру, лигу, службу в церкви. они не говорят о девчонках - нет времени на праздную ерунду, у каждого уже расписан предстоящий брак. они не говорят о лекциях и экзаменах - это все само собой разумеющееся, они все должны закончить учебу с отличием. лиге ведь не нужны дети.
лиге нужны солдаты.

но почему-то в моменте вот это легкое и обычное хочется спрятать от посторонних.
сохранить хотя бы на пару мгновений.

он улыбается. рассеяно. чувствует будто что-то не так, но не понимает что именно. Сойер ведь сам скажет, если что-то будет не так. в мире Ноэля Диксона существует только такой формат диалога. Сойер говорит - о неприменимости гребли и Ноэль даже усмехается. о, он бы бросил эту ерунду сегодня же. но.

но. но. но.
все и всегда упирается не в него самого. не в его интересы. не в его желания.
все и всегда упирается в "я должен".

это вроде та правда, которую не расскажешь. в социуме Диксона она и так всем понятна, без слов или объяснений. а вне этого социума и незачем сотрясать воздух. есть люди, которые живут свои жизни и идут своей дорогой. большинство вокруг Ноэля именно такие. а есть те, то идет к величию нации и общему благу. такое не объяснишь. особенно если ты сам это не выбирал. если ты просто родился в этом мире. и этот мир не оставил тебе ни выбора, ни шанса. ты - солдат. ты - винтик системы. "ты должен с достоинством служить деяниям лиги, Ноэль." голос отца в голове отрезвляет.

и он выныривает прямо в вопрос Сойера.
ну... вот от этого и отвлекаюсь, чувак.
пожимает плечами вместо ответа. но улыбка сползает с лица. становится призрачной, тает. взгляд ускользает куда-то в сторону, слово бы в тень. Ноэль никогда не был хорош в том, чтобы скрывать свои эмоции. мать всю жизнь говорит, что у него все на лице написано. наверное, сейчас Ноэль выглядит опечаленным? расстроенным? огорченным?
- это сложно. - и голос звучит словно выцветшая на солнце эмаль. нет красок, есть только буквы. Ноэль смотрит в сторону, повернувшись плечом к Сойеру. там, за пару кварталов, корт и свобода. а позади Сойера - дом. за спиной, две улицы, шесть домов вниз по Мейн. красивый дом и ухоженный сад. молчаливая мать, органично вросшая в кухню. чистенький мерс отца, бросающий блики на солнце. там, за спиной Сойера все то, от чего Ноэль и сбегает. но....

но. но. но.

в таком признаваться нельзя даже себе самому.
особенно себе самому.
это постыдно.
это будто предательство.

мам, мам, смотри, я всё вывожу - спасибо за крест, я его ношу
скажи, почему боги всегда молчат. мы выкидыш судьбы, мы стая слепых котят

внутри зреет подростковый бунт юности, но снаружи его крепко сковывают путы служения великим целям на благо своей страны. Ноэль вздыхает. в кармане джинсовых брюк пальцами касается мячика. думает о бабушке и о прошлом. он тогда был совсем ребенком и мир, разумеется, казался куда более простым. иногда Ноэль хочет вернуться обратно. сидеть у камина, чесать за ухом кота Кипера, смеяться с его второго порванного и шуршать фантиком на потеху рыжему. чтобы бабушка рядом вязала в кресле свой очередной шарф. чтобы мир за окном казался огромным и ярким.
- ты знаешь кем ты будешь через две тысячи сорок два дня? или через восемьдесят восемь? - оборачивается и смотрит на Сойера. серьезно, без улыбки, без смеха. - а я знаю. - пожимает плечами и улыбка печалью трогает губы, - и это не мой выбор. все в моей жизни - не мой выбор. я знаю когда и кого поведу под венец. знаю в каком доме я буду жить и где он будет стоять. знаю какая у меня будет машина и в каком кабинете я буду работать. знаю сколько у меня будет детей и нулей на счету. - но я не знаю где в этом всем я сам. - пойдем...

отмахнуться.
закрыть тему.
и так уже лишнего наговорил.
никого не должно касаться то как именно живет Ноэль Диксон. он может потому и молчит все время, что говорить о своей жизни н е в ы н о с и м о. зачем знакомиться с кем-то, если им не отведено место в будущем Диксона? зачем заводить друзей, которых придется оставить? зачем влюбляться в девчонок, если в жены возьмет другую? все это также бессмысленно, как пытаться проявить своенравие и отстоять свои желания перед Диксоном старшим. все это пресекается. ломается. сжигается. все это...

ради общей цели.
ради высшего блага.

Ноэль усмехается, кивает в сторону парня у дороги,
- смотри, это Генри. смешной, да? - бомжеватого вида старик в кепке, сжимающий в крючковатых пальцах дерево шахматной доски. он сидит на тротуаре, вдумчиво глядя в огрызок листка. Ноэль делает пару шагов вперед и кажется, что вот сейчас отпустит колкую шутку, язвительно подденет или еще что. обычно ведь так поступают эти богатые мальчики? наверное. Ноэль никогда не был хорош в познании социума.
- как погода, Генри? - вместо издевок легко хлопает по плечу. старик улыбается, задрав голову,
- к вечеру обещали потемнение, Ноэль, слыхал? - сводит к переносице брови, - сигареткой не угостишь? все также не куришь? - Ноэль мотает головой и бросает взгляд на Сойера,
- у тебя есть сигареты? а, - оборачивается обратно к мужчине, - это Сойер, мы учимся вместе. - Генри что-то важно чавкает в ответ наполовину беззубым ртом. рваные перчатки на пальцах скрывают старые шрамы, оголяют глубокие морщины. на листке ручкой криво выведено расписание автобусов. Ноэль знает это потому, что знает Генри. потому что уже шесть лет он идет через эту улицу и уже четыре года каждый день встречает старика, который снова и снова ждет свой трехсотый автобус.